Rambler's Top100
   
Источник: aleshru Feed-icon-12x12
24.12.2013
Мы спасли одного ребенка!
Arthur Davlatov

Из РУСФОНДа пришли прекрасные новости. Мы спасли Артура Давлатова, собрали для него все необходимые деньги, и в январе 2014 года он будет госпитализирован. Это прекрасно. Представляете, как просто изменить жизнь одного больного ребенка? Один пост в ЖЖ, 313 репостов, одна неделя. И всё. Мальчик ложится в больницу на лечение.

Я никогда не пойму, как при такой простой конверсии счастья, когда один лайк, репост и клик могут реально изменить чью-либо жизнь, люди могут пройти мимо.


Обсуждение
 
Источник: aleshru Feed-icon-12x12
14.12.2013
Новогоднее счастье для одной семьи

Для меня фандрайзинг — это не только каждодневная работа, но еще и постоянный бой, в первую очередь за распространение информации о возможности кому-либо помочь. Если у тебя есть постоянный доступ к средствам массовой информации, этот бой превращается в развлекательную прогулку, а если у тебя есть только Фейсбук и Твитер, то борьба за жизни других людей сразу начинает напоминать Сталинградскую битву. Почему-то людям сложно нажать кнопочку репост в фейсбуке. Сложно сделать ретвит. Сложно нажать лайк. Не могу этого объяснить, просто приходится воевать с ними, упрашивать, действовать кнутом и пряником, добиваясь того, чтобы они помогали распространять информацию о помощи другим. А теперь представьте себе, что постоянно воюя за помощь другим, вы еще специально усложняете себе процесс и одеваетесь, скажем, в форму противника, и помимо своего главного боя вам постоянно приходится еще и объяснять союзникам, что вы свой, что вы воюете на их стороне, за них же, просто форма противника вам по тем или иным причинам удобнее. Представили? Ну вот это мои будни, примерно так я ощущаю себя в войне за инфраструктурное развитие российской благотворительности.

Если коротко, то, я решительно против сбора пожертвований на адресную помощь. Это не эффективно — стоит собрать деньги одному больному, как за ним сразу выстраивается целая очередь из других больных, собираешь еще миллион рублей или долларов на помощь всем последующим больным, а за ними уже выстраивается квартал людей,которым тоже нужны деньги, и ты продолжаешь без остановки собирать-собирать-собирать-собирать им деньги, а ситуация не меняется, дети как рождались больными, так и рождаются, как заболевали раком, так и заболевают, а ситуация как не менялась, так и не меняется, докторам как не платили нормальных зарплат, так и не платят, больницы как закрывали, так и закрывают, квот как не хватало, так и не хватает, короче, ничего не меняется. Смотреть на это мне просто больно. Не могу. А значит эту ситуацию надо менять. Вот я и пытаюсь.

И вот пытаешься собрать денег на обучение врачей, скажем, которые смогут много лет лечить детей в России, тех самых врачей, которых государство не считает необходимым знакомить с новейшими мировыми технологиями и практиками, а никто не хочет помогать, все хотят помогать только адресно, больным детям, и, в итоге, фонды собирают миллионы евро, отправляют детей в зарубежные клиники, а наши врачи как не умели делать эти операции, так и не умеют, и деньги уходят из России, и платим мы за здоровье наших детей зарубежным врачам. И это считается нормальным. Но не для меня. Я хочу чтобы наших детей не надо было отправлять в Европу или Америку или Азию, я хочу чтобы в любом областном центре могли сделать сложную операцию, чтобы любую болезнь не только лечили в России бесплатно, но еще и ПРЕДУПРЕЖДАЛИ ее развитие. Как это делают за границей. Вот поэтому я против адресной помощи.

Когда мне предложили принять участие в “Эстафете помощи”, совместном проекте Русфонда и ЖЖ, я, честно говоря, сначала сомневался. Мне было сложно решиться на ту деятельность, которую я пытаюсь изжить как факт. Ведь я стараюсь сделать так, чтобы адресная помощь была сведена к минимуму, чтобы в ней просто не было необходимости, чтобы помощь оказывалась профессиональными структурами, чтобы родители, у которых рождаются больные дети, получали помощь сразу, знали куда идти, не переживали — будут ли собраны деньги на лечение их детей, чтобы поддержка была непрерывной и постоянной. Но все же я решился принять участие в “Эстафете помощи”.

Решился, потому что, конечно же, адресная помощь — нужна. Точно так же, как нужна скорая помощь. Можно сколько угодно рассуждать о том, что больница в которой, по хорошему, должны проводить операции, не просто не работает, а лежит в руинах, но от самого факта отсутствия работоспособной больницы люди не перестанут болеть. То же самое и с адресной помощью. Я буду и дальше прикладывать все возможные усилия для поддержки и развития инфраструктурных благотворительных проектов благотворительности, но сейчас, вот прямо сегодня, нужна помощь ребенку. Больному, из бедной семьи, маленькому парню Артуру Давлатову из подмосковной Дубны.


Обсуждение